::  Новости  ::  Документы  ::  Теория  ::  Публикации  ::  Пресс-центр  ::  F.A.Q  :: 
Партия «Евразия»
Международное Евразийское Движение
Rambler's Top100
Пресс-центр
Коммюнике >>
Персоналии
Александр Дугин >>
Талгат Таджуддин >>
Поиск
Ссылки

Геополитика

Арктогея

Портал Евразия


Вторжение

Андрей Езеров

Творчество Натальи Макеевой

Мистерия бесконечности





Rambler's Top100

..

«Задача Путина создать в России стабильный политический режим»

Газета «Версия» (03.06.2002)

Какова новая партийная политика Кремля? Есть ли у «Единой России» идеологические горизонты?

Чем обернётся ориентация Путина на Запад?

В канун визита американского президента в Россию и преобразования своего движения «Евразия» в партию (30 мая) на эти и другие вопросы отвечает политолог и геополитик, директор фонда Центр Геополитических Экспертиз, философ-евразиец – Александр Дугин

Корр.: Вы называете Путина патриотом, однако многие другие политологи считают его либералом? Кто же Путин на самом деле? Что или кто формирует его взгляды?

Есть два фактора, с которыми Путину приходится сопоставлять любое своё решение. С одной стороны – это необходимость поддержки высокого уровня доверия внутри страны, выражаемого в высоком рейтинге, позитивных оценках общественного мнения, поддержке избирателей и т.д. С другой стороны – это внешние ориентиры – поддержка Запада, сближение с Европой и НАТО, адекватная деятельность на внешнеполитическом фланге. Между этими двумя факторами существует очень сложная взаимосвязь и почти обратная симметрия.

Народ России традиционно, в своём большинстве, ожидает от президента проявления «сильной руки», построения крепкого государства, патриотической ориентации, утверждения национальной самобытности, как об этом свидетельствуют многочисленные социологические опросы. В то же самое время внешний мир, особенно Запад, хочет от Путина совершенно противоположного – проведения активных либеральных реформ, утверждения западнических ценностей, соблюдения норм европейского сообщества.

Статистическая справка: По данным опроса ВЦИОМ 71% россиян считают, что Россия принадлежит к особой – «евроазиатской», или православной цивилизации, поэтому ей не подходит западный путь развития. Только 13% называют Россию частью западной цивилизации. (Опрос от 13 ноября 2001 года)

По мере того, как продвигаются либеральные реформы, происходит нарастание негативной реакции патриотического электората (т.н. «путинского большинства») на самого Путина и на его действия. Даже западная пресса отмечает этот факт: «Что заставляет Путина проводить откровенно прозападную политику, в то время как его народ этого совсем не хочет?» – таким вопросом задаётся американский "Los Angeles Times" в преддверии визита Джорджа Буша в Москву.

Избравшись на патриотической волне, Путин, пользуясь так называемым «межвыборным» периодом всё больше действует в либеральном ключе, выигрывая очки на Западе. Существует взаимосвязь между предвыборными временными зонами, которым соответствует патриотический, государственнический курс в политике президента, и наоборот, точками удаления от них, когда возможна максимальная реализация всех непопулистских мер и сближение с Западом. Путин, по всей видимости, исходит из этого прагматического баланса, а не из догматического «патриотизма» или столь же догматического «западничества».

Корр.: Либералы побеждают «православных чекистов»?

Я полагаю, что позиции условно говоря «православных чекистов», хотя мне и не нравится это понятие, начнут возрастать уже с этой весны, когда мы пройдём точку двухгодичного периода президентства Владимира Владимировича Путина. Это будет своего рода пик либерализма, после чего, по мере приближения к выборной ситуации либерально-западнический крен будет исправляться в патриотическую сторону. Соответственно, изменится баланс сил в Кремле, а точнее, державостроительные, государственнические инициативы получат новый импульс, что отразится и в усилении одних группировок в ущерб другим. Но я не исключаю, что дело повернется и иначе, и в качестве мотора патриотизма выступят кто-то иной, а совсем не питерские, от которых большинство наблюдателей этого ожидает.

Корр.: На кого же опереться Путину, чтобы удержаться у власти?

Для того, чтобы сохранить прочные позиции во главе Государства, Путину будет необходим именно соблюсти к выборам такой баланс в политической практике: 71 % патриотизма – 13 % либерализма (строго по опросу ВЦИОМ). Это дает беспроблемные перевыборы. В настоящий момент мы наблюдаем почти что обратный расклад – когда 71 % политики ориентировано на Запад, а 13% – в сторону патриотизма. К концу 2002 года это процентное соотношение будет достаточно динамично меняться в иную сторону, а «путинское большинство» станет реанимироваться, поэтому из усиления прозападных шагов не стоит делать слишком далеко идущих выводов. Также не стоит переоценивать значение саммита. В конце концов, у президентов двух могучих держав всегда есть вопросы для личного обсуждения. Не каждая встреча свидетельствует о сближении.

Корр.: Кого, на ваш взгляд, сегодня можно обозначить в качестве носителей патриотической государственнической идеологии?

Это очень расплывчатая категория. Как таковой «питерской команды» не существует. Есть разные люди из Санкт-Петербурга, близкие Путину, но объединения по какому-то определенному мировоззренческому признаку не наблюдается. Мне кажется, что миф о «православных чекистах» был газетной уткой. Спецслужбистское прошлое – это еще далеко не идеология. Это скорее стиль, тип, который в определенных ситуациях может ужиться с разными мировоззренческими представлениями – как патриотическими, так и либерально-западническими. Следует отметить, что вокруг первых кандидатов в разработчики «патриотической доктрины» из ближайшего окружения Президента, причисляемого к «православных чекистам», пока не сложилось никакого идеологического штаба, никакой серьезной интеллектуальной группы.

Более того, сплошь и рядом они опираются в своих эрзац-разработках на традиционный контингент либеральных полит-технологов, которые в конечном итоге, с разными оговорками призывают к глобализации и отстаивают либеральные реформы, адаптированные к российским условиям, а в этом, согласитесь, мало патриотического и совсем нет ничего православного. И наоборот, совсем непитерская группа во власти последнее время активизировала процесс разработки патриотических и идеологических проектов... Пока сложно говорить, где здесь кончается прагматизм и начинается убеждение, но факт запроса на идеологию на лицо. На мой взгляд, сегодня власть как никогда прагматична, людей с яркими выпуклыми и последовательными убеждениями – кроме разве крайнего атлантиста Чубайса – в ней практически нет. А потребность в идеологии, напротив, есть, и следовательно, этим обязательно кто-то займется – не симпатизанты так, прагматики...

Корр.: Приближение к выборам сильно изменит расстановку сил?

К декабрю 2003 года, к выборам в Думу и к 2004 году, к выборам президента, ситуация, изменится. Во-первых, либеральный курс обнаружит свои отрицательные результаты (недовольство населения жилищно-коммунальными реформами, повышение тарифов на энергоносители, либерализация естественных монополий и т.д.), а во-вторых, ориентация на Запад обнаружит свою тщетность, хотя бы потому, что не даст и даже теоретически не сможет дать никак ощутимых положительных результатов. Это усилит значение патриотического фактора – если этим не воспользуется президент, то все дивиденды достанутся оппозиции.

Корр.: Есть центристы, опора президента – они помогут?

На сегодняшний день положение власти довольно сложное. При наличии мощного патриотического потенциала, который и лег в основу первого избрания Путина, этот потенциал всё ещё не получил никакого ясного политического оформления. На нынешний момент структур, способных предложить адекватную политико-идеологическую опору президенту, практически нет. Есть структура, объявившая себя «партией власти», в лице «Единой России», но в собственно политическом и идеологическом проявлении здесь как раз очень большие проблемы. Дело в том, что в эту партию влили самых разнообразных персонажей, левых и правых, региональных фрондеров и государственников, ярких политиков и невзрачных чиновников...

При этом на рейтингах серия слияний отразилось довольно странно – совокупный процент относительно бывшего самостоятельного расклада не только не вырос, но и упал. Получается, что «Единая Россия» не столько политическая опора, сколько барометр электоральных позиций самого президента. А это никак не облегчает ему задачу. Я не допускаю, что такая партия как «Единая Россия» способна впитать какую-то последовательную идеологию (которую еще надо разработать), а также принести президенту дополнительную поддержку. Это, скорее, превентивная мера против фрондерства и партийно оформленный административный ресурс. Что очень не плохо, но далеко не достаточно. Я думаю, что гораздо лучше с идеологической проблемой справится наша партия «Евразия».

Евразийство постепенно стало крайне популярным учением – оно сочетает в себе и консерватизм и определенную открытость. Вместе с тем, это своего рода «научный патриотизм», основанный на геополитике. Я скептически оцениваю возможность привить евразийскую идею патентованной «партии власти» –– это не те люди, не те структуры, у них не тот склад и не тот формат. Поэтому и возникла идея самостоятельной партии «Евразия», партии патриотической, отчетливо идеологизированной и пропрезидентской.

Корр.: Может ли это, помимо реализации частных политических интересов её создателей, иметь ещё и какой-то прикладной для президента в международной политике?

Я думаю, что это как раз сильная сторона евразийства. Партия «Евразия» ставит своей принципиальной целью создание Евразийского Союза как прямого аналога Евросоюза. Ориентируясь на активизацию отношений со странами Востока, мы в то же время сторонники активного сближения с Европой. В этом и состоит евразийство. Пропрезидентские силы иного формата обречены на то, чтобы тенью следовать за прагматизмом его внешнеполитических шагов, а это существенно сужает поле для маневров.

Партия «Евразия» по самой основе своей идеологии не может двигаться в проамериканском направлении – из политических сил США мы поддерживаем лишь республиканцев-изоляционистов, не потому, что они нас любят –– «американская любовь» вещь сомнительная и ни к чему хорошему не приводит –– а потому, что они призывают США отказаться от спонсорства глобализации и сосредоточиться на внутренних проблемах и оставить остальной мир в покое.

И вместе с тем евразийство считает, что будущее России лежит в эффективном заключении серии стратегических альянсов с державами «береговой зоны» –– от Европы через арабский мир до Азии и Дальнего Востока. Следовательно, такая партия становится предсказуемым и прозрачным постоянным партнером для огромного количества политических сил зарубежных стран.

Прагматизм не может быть содержанием конкретной политики. Он всегда расположен в определенных рамках и должен иметь операционный простор. Для Путина очень важно иметь как атлантистский партийный фланг, лояльный ему, так и евразийский, столь же лояльный. В такой конфигурации у него будут полностью развязаны руки для любого маневра. С атлантистами сегодня все в порядке, но смутным и фрагментарным евразийством вовсю пользуется оппозиция. Это полезно не только для укрепления внутреннего положения дел в стране, но и для оптимизации внешнеполитических процессов.

Корр.: Я так понимаю, вы не сомневаетесь в том, что Путин будет выставляться и на второй срок президентства?

Путин первого срока разбирается с тем, что ему досталось. Он пришел к власти в критический момент нашей национальной истории и не ему, ни обществу до конца не ясно – что произошло? Кто мы? Куда нам идти? Где враги? Где друзья? И есть ли они у России вообще? Я надеюсь, что к концу его президенства это как-то прояснится. Но дальше и надо будет действовать. Поэтому Путин обязан, мне кажется, идти на второй срок. Первые 4 года нужны ему, чтобы «семь раз отмерить». Далее он будет резать – желательно, чтобы не по живому...

Мне кажется, Владимир Владимирович Путин должен нам всем: россиянам, стране, истории, поэтому он просто не имеет права перед народом взять просто так и уйти. Конечно, может быть бремя власти в такой сложной стране, в такой напряженной исторической ситуации и в таком враждебном окружении, на самом деле, гораздо тяжелее, чем представляется обывателю...

Задача Путина создать в России стабильный политический режим, отвечающий интересам российской государственности, интересам народа, приоритетам нашей геополитики. Лишь после этого ему можно будет думать об отходе от дел. Нынешнее равновесие обманчиво и очень хрупко. Сейчас оно держится только на Путине. Желательно сделать так, чтобы оно держалось само по себе на основе политико-мировоззренческой системы. Построение адекватной, тонкой, продуманной политики в сфере государственности, патриотизма, национальной идеи есть, пожалуй, важнейшая задача, и осуществить ее может только Путин. Со своей же стороны мы сделаем всё возможное, чтобы ему в этом помочь.



English Italiano Deutche
Сделать стартовой страницей Почта На главную страницу
Тезисы Евразии

«Теперь все зависит от наших усилий.
Никто не обещает только побед, повышения благосостояния или зрелищных акций.
Впереди ежедневный кропотливый труд, часто невидимый извне.
Впереди трудности и битвы, потери и страдания, но впереди также радость и Великая Цель!»

А. Г. Дугин


Спецпроекты
Геополитика террора >>
Исламская угроза или угроза Исламу? >>
Литературный комитет >>
Сайты региональных отделений «Евразии»
Санкт-Петербург >>
Приморье >>
Якутия >>
Чувашия >>
Нижний Новгород >>
Алтайский край >>
Волгоград >>
Информационная рассылка
ОПОД «Евразия»

Реклама




 ::  Новости  ::  Документы  ::  Теория  ::  Публикации  ::  Пресс-центр  ::  F.A.Q  ::