::  Новости  ::  Документы  ::  Теория  ::  Публикации  ::  Пресс-центр  ::  F.A.Q  :: 
Партия «Евразия»
Международное Евразийское Движение
Rambler's Top100
Пресс-центр
Коммюнике >>
Персоналии
Александр Дугин >>
Талгат Таджуддин >>
Поиск
Ссылки

Геополитика

Арктогея

Портал Евразия


Вторжение

Андрей Езеров

Творчество Натальи Макеевой

Мистерия бесконечности





Rambler's Top100

..

Комментарии ОПОД «Евразия» к актуальным общественно-политическим событиям

Фрагменты различных интервью Александра Дугина – Лидера Общероссийского Политического Движения «Евразия» журналистам.

Часть 1 // Часть 2 // Часть 3 // Часть 4

Каков прогноз развития событий на ближайший период? Что есть будущее России и есть ли оно вообще у России?

Это сложный вопрос. Я думаю, что будущее России сейчас стоит под вопросом. Мы понесли тягчайшее поражение от альтернативной, конкурирующей с нами цивилизации. И это не может не сказываться. Мы проиграли в «холодной войне». Не важно – силой или хитростью, соревнованием в экономике или в идеологической борьбе, но наши противники нас победили. И естественно, в планы победителей не входит, чтобы у России было хоть какое-то будущее. Не от того, что нас победили «плохие люди». Победители и есть победители, плохие ли, хорошие ли не имеет значение. В таких исторических моментах – отчаяния и горести – всегда есть те, кто выбирает привилегии коллаборационизма, и те, кто не смиряется. Мы, «Евразия», принадлежим к последним.

Мы осознаем, что в планах победителей – а эти планы серьезны – нас будущего лишили. Но мы намерены сделать все, что в наших силах, и даже больше, чтобы отстоять это будущее. Будущее России зависит от нашей воли, от нашей решимости, от нашего ума. При этом я хочу заметить, что лобовые стратегии – оппозиции, ностальгии, реставрации – на которые многие делали ставку с конца 80-х потерпели окончательный крах. Серьезность ситуации не была до конца осознана. Мы истратили много сил в бессмысленных столкновениях и внутренних раздорах. Мы осознали, что надо идти другим путем.

Нынешняя российская власть находится в положении заложников – заложников внешней и внутренней политики. Перед народом и историей она обязана драться за русское будущее, но именно этого любой ценой стараются не допустить победители – США, глобалисты. Это драма власти, личная драма Президента Путина. Ни состояние общества, ни субъективные качества Президента не являются таковыми, чтобы начать сегодня восстание против победителя, выход на новые исторические траектории. Для этого нет ни материальных, ни духовных ресурсов. Поэтому нам предстоит очень сложный путь. Президенту надо помогать, его надо поддерживать в тех направлениях, которые направлены на возрождение России.

Внешняя политика России в данных обстоятельствах не может быть успешной. Вы осознаете, что делают победители, когда захватывают город? Неужели они вежливо раскланиваются с побежденными и осыпают гуманитарной помощью? Нет. Они грабят, убивают и насилуют. Это закон войны. Вспомните Псалтырь – «На рецех Вавилонских»... «Блажен иже имат и разбиет младенцы твои о камень...» Жестоко? Но это война. В Псалтыре речь идет о войне духовной. В жизни образы претворяются в кровавую плоть. И почему вы решили, что «холодная война» – исключение? То, что происходит в международной политике есть заклание России, разделывание нашего стратегического и геополитического тела, и оно будет продолжаться и не остановится никогда, пока «кольцо анаконды» не стянется к Москве. Запад, США действуют по логикеVae victis. И по-своему они правы. Это их геополитика, их императив. Но нельзя винить в этой ситуации того, кто пришел к вершинам власти в такой тяжелейший период.

Возможен ли на ваш взгляд, крупномасштабный призыв во власть дееспособных патриотов при нынешнем президенте?

В настоящий момент в мире нет силы, которая была бы способна бросить серьезный вызов победителям, строителям «нового мирового порядка». Для того, чтобы поднять восстание в концлагере, которым в настоящее время является весь мир, попавший под тяжелую пяту американоцентричного глобализма, надо детально продумать план, организовать систему коммуникации, найти точки соприкосновения между различными группами, между которыми тоже немало противоречий.

Мы живем мифами, та чудовищная реальность, которая на нас обрушилась, даже приблизительно не осознана.

Слава Богу, что это положение дел начинается постепенно осознаваться. Слава Богу, что возмущение крепнет. Ведь совсем недавно, россияне радостно аплодировали каждому плевку, каждой затрещине, получаемой со стороны Запада. «Крупномасштабный призыв во власть патриотов» – эта формула мне кажется не очень ясной. Патриоты там есть и сейчас. Другое дело, они не консолидированы, не имеют стратегии и идеологии. Кстати, точно так же обстоит дело и с теми патриотами, которые пока вне власти. И эта естественная дезориентированность патриотов поддерживается и усугубляется деятельностью провокаторов...

С другой стороны, любое патриотическое шевеление России мало-мальски масштабное немедленно блокируется США. Право на «шевеление», на голословный и беспорядочный патриотизм у нас изъято. Американские войска в СНГ, косятся на пространство РФ. Все гораздо серьезнее. При этом мы ни явно, ни тайно, ни во властных структурах, ни в общественном мнении не готовы к жесткой конфронтации.

Что делает Ваше «движение» для восстановления морских владений России? В том числе Груманта, Берингового, Охотского, Баренцевого морей.

Сегодня в России напрямую невозможно решить ни одного вопроса, связанного с усилением нашей мощи – пространственной, стратегической, морской или сухопутной. Движение «Евразия», которое в данный момент преобразуется в партию «Евразия», считает, что надо начинать с главного – с четко оформленной Национальной Идеи, евразийства, способной консолидировать общество – элиты и массы – в едином жизненном, политическом порыве к возрождению нашей мощи. Сегодня не только северные моря под вопросом, сегодня сам факт существования суверенной России под вопросом.

Мы делаем все от нас зависящее, чтобы повернуть процесс распада вспять. Конкретно: мы убеждены, что без ясной евразийской внутренне – и внешнеполитической стратегии развития России в новом мире ничего сделать не удастся. Внешние условия крайне неблагоприятны к нам. Эта стратегия нами разработана в целом, содержится в наших программных материалах. У наших идей есть уже сегодня значительная поддержка в серьезных государственных секторах. Идеи распространяются постепенно и вширь. Сам партийный организм «Евразии» призван превратиться в инструмент реализации евразийских патриотических идей. Люди, с которыми мы работаем, подчас занимают важные стратегические посты в политической структуре России.

Но даже убежденные патриоты, искренне желающие вернуть и моря, леса, и реки, и дух, и достоинство наше, и нашу славу, и наше величие не добьются ничего, если не будут сплочены, если не будут действовать слаженно, не будут вооружены ясной и конкретной идеологией. Сегодня просто не существует простых решений. Только гибкая многомерная модель евразийства способна дать России шанс возрождения. В этом направлении и надо работать. Ради русских морей...

Что Вы думаете о чеченской проблеме? Вы по-прежнему остаетесь сторонником Путина или он не оправдал ваших геополитических ожиданий? Какими качествами, по вашему должен обладать политик федерального масштаба, чтобы добиться успеха? И обладаете ли ими вы?

Мы убеждены, что у чеченской проблемы должно быть не только силовое, но и политическое решение. Это политическое решение чисто теоретически может быть

  1. либо полной нивелировкой национальных особенностей чеченцев (т.е. прямым геноцидом),
  2. либо политическим отделением Чечни (на демократическом или исламско-фундаменталистском основании),
  3. либо евразийским проектом, предполагающим отказ чеченцев от самостоятельной государственности с сохранением ярко выраженной этно-культурной автономии на основании ценностей традиционного ислама и евразийской геополитики.

С нашей точки зрения, первые два решения являются неприемлемыми. Остается третье решение. К этому решению склоняемся с российской стороны мы («Евразия»), и наши единомышленники во власти, а с чеченской Кадыров (Северная Чечня) и Нухаев (Южная Чечня). Совершенно естественно, что мы ведем с ними активный политический и идейный диалог. Нухаев в своей книге «Ведено или Вашингтон?» развил стройную концепцию евразийской эволюции кавказского региона.

Ничего более осмысленного и реалистического (вместе с тем идеалистического, в хорошем смысле) со стороны Южной Чечни нам не известно. Этим определяется наш диалог. Это логично: российские проваххабистские круги взаимодействуют с Хаттабом, СПС с атлантистом Масхадовым, ястребы из МО склоняются к первому варианту решения, а евразийцы отстаивают евразийский проект.

Сейчас в российских СМИ замешательство. Идет мучительный процесс смены парадигм. Они сами еще не разобрались с тем, что является полит-корректным, а что нет. Я полагаю, что многие перестраховываются, ошибочно полагая, что ясная патриотическая позиция евразийцев как-то расходится с официальной линией внешней политики. Я даю почти ежедневно множество интервью, довольно часто участвую в записях программ на ТВ, но публикуются из этой массы лишь жалкие фрагменты. Это не цензура в полном смысле слова, это опасение в отношении евразийства как серьезного претендента на роль национальной идеологии. Да и сложно от неуемного воспевания Запада перейти к патриотическому информационному вещанию.

Так сложилось, что в российских СМИ процент патриотов обратно пропорционален их проценту среди наших ребят, воюющих в Чечне. Тактические шаги Президента во внешней политике преподносятся СМИ как окончательная стратегия, не подлежащая пересмотру. Им просто хочется считать Запад чем-то хорошим. Но так не бывает, это противоречит основным законам геополитики. Как только не замечать реальное отношение США к России станет невозможным, евразийские темы в СМИ станут крайне актуальными. Это неизбежно.

Мы остаемся сторонниками Путина. Нам, действительно, представляется, что внешняя политика после 11 сентября могла быть более адекватной, и мы убедились, что прозападные настроения в нашем обществе и в политической элите все еще сильны. Это не может радовать, но еще раз хочу сказать, тактические ходы Кремля нельзя рассматривать как отказ от евразийской геополитики как таковой. Это в большей степени пиаровская агония тех политических сил, которым в новой евразийской России не найдется места.

Я думаю, что политика есть продолжение духа. Если дух грязен, то и политика грязна, если дух чист, то и политика чиста. У нас ложный образ политика как шоумена, болтуна или чиновника. Политика в России оторвана от идей, наши политики меняют идеологии как костюмы. Это исторически понятно, но такой подход обречен.

Нам нужна политика идей и соответствующие политики. Я убежден, что в политику должны приходить люди нового типа. Это не просто и есть огромная инерция сопротивления. Есть также и технологии. Я преподавал курс «Философии Политики», знаком с технологиями этого процесса. Строго говоря, я занимаюсь политикой в той или иной форме с начала 80-х... т.е. я один из старейших российских политиков.... Однако лишь сегодня я дозрел до того, чтобы взять на себя ответственность персонально. Ранее я полагал, что моя роль ограничивается генерированием политических идей. Но как оказалось, уже через шаг они извращаются до неузнаваемости. Опыт 20 лет в российской политике заставил меня наконец выступить в роли лидера с опорой на большое количество убежденных соратников и последователей, которые делегировали мне свое доверие. А это тысячи людей и каких...

Какова геополитическая роль Леонида Кучмы. И кто может его сменить на посту президента Украины?

Я думаю, что у Кучмы особой геополитической роли нет. Это временная фигура. Я убежден, что сменить Кучму должен политик взвешенной евразийской ориентации, который должен осознать, что сохранение Украины как суверенного геополитического и культурного образования возможно только при тончайшем балансе между принципом малороссийской самобытности и императивом стратегической и экономической интеграции в евразийский блок.

Ни откровенно промосковская (пророссийская), ни эсктремистски самостийническая политика, ни, тем более, радикальный атлантизм не обеспечат Украине не то чтобы гармонии, но даже сохранения территориальной целостности. Только тонкий пропорциональный баланс между суверенитетом и интеграцией на новых основаниях даст положительный результат и сохранит страну. Я думаю, что от выбора Украины сегодня зависит очень многое – не только ее собственная судьба, но в значительной степени судьба всего континента.

Какой по вашему мнению должна быть политика России в отношении Украины, чтобы противостоять политике США, сформулированной в так называемых «планах Бжезинского»? Прокомментируйте пожалуйста развитие политической ситуацию в Крыму (общее обострение ситуации, отмена регистрации Леонида Грача как кандидата в депутаты Верховной Рады Крыма, и проч.). Как Вы думаете, что может предпринять Россия в данной ситуации?

Надо найти Украине достойное место Евразийском Проекте. Я не думаю, что прямая промосковская ориентация может стать главным рычагом сближения, равно как и экономический и энергетический шантаж со стороны России. Я полагаю, что на Украине должна вызреть полноценная и сбалансированная евразийская политика, где стратегические, культурные, этнические, лингвистические, региональные и экономические интересы всех украинцев должны быть адекватно учтены.

В Крыму ситуация обострена, так как общей парадигмы политических перспектив самой Украины не представляет себе никто, а Крым место самое уязвимое. Грач, на мой взгляд, оптимальный кандидат, лояльный Киеву и имеющий хорошие контакты с Москвой, что при учете русского населения – также важный фактор. Крым, где, кстати, зарегистрировано движение «Евразия», должен стать мостом между Россией и Украиной, творческой лабораторией евразийства в действии. Атлантистским, националистическим кругам на Украине это не нравится. Отсюда и все проблемы. Россия и Украина должны совместно выработать основы общей евразийской стратегии, причем в долгосрочной, а не сиюминутной, конъюнктурной перспективе. Вообще решением этой проблемы будет переход на новый язык отношений – переведение проблем в контекст евразийской операционной системы. Тогда не будет нерешаемых проблем.

Александр Гельевич, поскольку, возглавляемое Вами движение «Евразия» должно быть перерегистрировано в политическую партию (согласно принятому решению на прошедшем недавно расширенном заседании Политического и Центрального Совета), я бы хотел выяснить вопрос привлечения вами людей в партию. В основе «Евразии» лежит проработанная идеология, но сегодня, на мой взгляд, наше общество чрезвычайно деполитизировано, люди устали от многочисленных непрекращающихся выборов в разные органы власти и ещё одной партией никого не удивишь. Люди могут пойти работать в партию на конкретной материальной основе, а КПД «идейных», насколько можно убедиться, почти нулевой. Чем собираетесь завлекать людей?

Мы сейчас стоим перед очень серьезной задачей: перевод основных положений евразийства с философского, идеологического языка на русский, доходчивый и понятный всем. Это не так просто, но мы работаем именно над этим. Мы преобразуемся в партию новейшего типа. Конечно, у нас будут и есть координаторы, администраторы, необходимые для любой партийной структуры, но основной упор мы делаем на людей убежденных, пассионарных. С них, с идеи, с новой живой энергии все должно начинаться. Я категорически не согласен, что КПД «идейных» нулевой. Значит речь идет о «псевдоидейных».

Партия должна стать реальным организмом, в рамках которого найдут свое применение, свои интересы и выгоды и бизнесмен, и чиновник, и рабочий, и интеллигент. Евразийские патриотически ориентированные предприниматели должны осознавать органическую заинтересованность в евразийстве. Они должны быть структурной опорой партии, ее остовом. Альянс бизнеса, интеллигенции, административного ресурса создаст (и уже создает) полюса роста партии «Евразии». От них излучения идут в массы, коллективы, широкие социальные слои. И все же самое ценное и самое главное у нас – идея. Технологии партстроительства известны. Но завлекать никого искусственно мы не собираемся. Мы должны объяснить, доказать, убедить, показать перспективы... Дать людям надежду и дело, напомнить им об их национальном, гражданском и человеческом достоинстве. Мы хотим пробудить Россию ... Это нечто иное, нежели «завлечь». В нашем случае партия для народа и страны, а не народ и страна для партии.

Каковы перспективы существования на политической карте РФ партии Жириновского? Его шутовские, замешанные на псевдо-русском национализме эскапады, как мне думается, серьезно уже никто не воспринимает, кроме глухих маргиналов.

Жириновский великий политик ельциновской эпохи. Тогда он был уместен, шулер, шут, хам и циник, превращающий в клоунаду серьезные вещи, о которых стыдливо молчали «пристойные» партии, он выполнял роль «трикстера» из древних мифологий. Трикстер – фигура амбивалентная, как Локи и древних германцев. Он внедряет правильные идеи, но в ложных пропорциях, он говорит истину, но тут же высмеивает ее, подавая в виде гротескного шаржа. Его время кончилось. Я думаю, что это был самый яркий, веселый и тлетворный из российских политиков прошлого периода. Смешнее его юмористов не было. Он, безусловно, талант. Но его эпоха кончилась. Он как мавзолей или МММ символ нашего прошлого, недавнего и малоприятного. Его, действительно, никто не воспринимает, включая маргиналов. И его функции для обеспечения поддержки власти со стороны «националистов» и люмпенов также исчерпаны. Покойся с миром...

С 1989г. (после назначения ЕБН) идет планомерное разваливание СССР, России, Югославии (см. С.Сулакшин «Измена» 1998г). Как Ваше движение участвует в этом процессе?

Наше движение, и лично я всеми силами с 1989 года противостоит этому процессу вплоть дол самых крайних форм сопротивления и протеста, что до сих пор, увы, сказывается на нашей репутации не самым лучшим образом. Евразийцы были радикальными противниками развала СССР, настаивали на том, чтобы СССР плавно эволюционировал в иную социально-политическую модель с консервативно-традиционными национальными и духовными ценностями, эффективной экономикой, социальными гарантиями. Однако, мы считаем, что с приходом Путина время жесткой оппозиции, прямой конфронтации с властью прошло, исчерпало свой потенциал. Мы должны сегодня помочь Президенту сохранить то, что осталось и вернуть потерянное. Это очень непростая задача, и в отличии от огульного несогласия требует конструктивных созидательных навыков. Наше движение самым серьезным образом намерено возродить наше геополитическое величие.

В Югославии я был на фронтах, мои книги и тексты переведены и опубликованы там. Евразийцы всегда были солидарны с братьями сербами словом и делом.

Считаете ли Вы председателя ГД Г. Н. Селезнева коммунистом или он скорее социал-демократ? Кого из нынешних лидеров КПРФ Вы считаете наиболее вероятным кандидатом на пост Президента РФ в 2004 г. – Мельникова, Куваева, Решульского, Илюхина, Селезнева?

Я думаю, что коммунистов в идеологическом марксистском смысле в КПРФ почти нет. Основные тезисы платформы КПРФ и основные идеи Зюганов позаимствовал у меня, это просто версия левого евразийства. На какой-то период такой плагиат дал свой положительный эффект, я думаю, что если бы Зюганов остался в рамках позднесоветской черненковско-брежневской догматики а ля Лигачев, он бы был маргиналом и даже сам факт его присутствия в Думе был бы проблематичен. В нужный момент – увы, без цитат и ссылок – Зюганов в своих трудах и текстах прямо с редкими оглупляющими поправками и фигурами умолчания – воспроизвел евразийские идеи. Так что это все что угодно, только не коммунизм и даже не социал-демократия.

Г. Н. Селезнев – серьезный политик, корректный, адекватный, способный к проведению рациональной политики. Его убеждения, это скорее, левый центр. Так как сам статус Центра в современной России не очень ясен, то идеологического содержания понятие «левый центр» не имеет. Речь идет о «социальной ориентации». Я считаю Селезнева очень перспективным государственным деятелем. Относительно его партийных позиций я ничего определенного сказать не могу. Я рассматриваю его как политика общероссийского, надпаритийного масштаба.

Мельникова, Решульского и Куваева я не знаю, фамилии этих людей мне ничего не говорят.

Есть ли какие-либо специальные черты у искусства и литературы в странах Евразии? Правомерно ли говорить о евразийской и Атлантической эстетике в искусстве?

Евразийство и атлантизм суть абсолютные парадигмы, которые влияют на все – на геополитику, стратегию, экономику, психологию, цивилизацию, культуру. Согласно Карлу Шмитту, парадигматическим литературным памятником атлантизма является «Моби Дик». Евразийская литература – Ф.Достоевский, А.Платонов. Эстетика атлантизма – автономный индивид, его перипетии в отчужденном мире. Это одиночество «минимального гуманизма», сартровская «тюрьма без стен». Евразийство в культуре – даже в западной, поскольку евразийство может встречаться и у европейских авторов – это укорененность в онтологии, «максимальный гуманизм», где человек переживает драму сопричастности к надиндивидуальным реальностям – национальным, мифологическим, природным, животным, классовым.

Атлантизм – гипертрофированный рационализм, евразийство – напротив, считает рассудок лишь одним из многомерных проявлений жизни. Искусство и культура в ядре своем иррациональны, поэтому они уже по своей природе – явление в чем-то евразийское. Так один из самых последовательных атлантистов Дэниэл Бэлл убежден, что культура является препятствием на пути технического прогресса и подлежит постепенному отмиранию. Что сегодня и происходит. Человек культуры уже поэтому немного евразиец. И наоборот – наше движение «Евразия» – есть также и фронт Культуры против чисто технической, утилитарной, монетаристской цивилизации. В этом – мы последователи «артократии» Вагнера.

Является ли католицизм и протестантство абсолютно чуждым евразийскому менталитету и в этом смысле однозначным проводником атлантизма? Или в них есть течения, которые могли бы быть включены в «многоцветную» сложность евразийства? Как в этом смысле Вы оцениваете русских протестантов (русских баптистов)?

Увы, да, хотя в оригинальном для них контексте они естественны и логичны. Они могут быть оценены относительно позитивно только в том случае, если не претендуют на универсальность и окормляют традиционную для них в культурном, этническом и пространственном отношении паству. При этом существование католиков и протестантов в России вполне нормально, ненормален активный прозелитизм и агрессивное миссионерство. Наша православная идентичность выковывалась веками полемики с западной цивилизацией, с католицизмом и протестантизмом. Если мы оцениваем эту идентичность с положительным знаком, а евразийцы именно так и делают, то ничего позитивного в западных версиях христианства (точнее сказать в ересях – папежской и люторской) для нас не содержится.

Среди русских сект есть национальные, в том числе и протестантского толка. Будучи продуктом духовной катастрофы русской Церкви в 17 веке (и позднее), некоторые эти исконно русские секты – типа молокан или духоборов – вызывают интерес как носители древних народных и национальных традиций. Но они сильно подпорчены новыми заграничными влияниями и в целом довольно маргинальны. Другое дело – русское старообрядчество. Вот это радикально евразийский феномен, заслуживающий во всех своих проявлениях самого пристального интереса.

В связи с катастрофическим состоянием российской фундаментальной науки существенное количество российских ученых высокой квалификации вынуждены работать за рубежом. Имеется ли у возглавляемого Вами движения точка зрения/программа мер направленная на возрождение отечественной фундаментальной науки в целом, и на остановку/обращение вспять утечки мозгов?

Это печальный факт, но он исторически обусловлен. В этом явлении есть, однако, позитивная сторона. В СССР многие советские учение считали, что на Западе рай. Сегодня лучшие из них работают там, и отчетливо понимают, как велико было их заблуждение. Я поддерживаю самые тесные отношения с элитой нашей науки, сегодня живущей на Западе. Степень их патриотизма и евразийства намного превосходит уровень тех, кто остался работать в стране и влачит жалкое существование. Когда Россия поднимется, и сможет предложить ученым достойный уровень существования, именно эти ученые, сохранившие квалификацию, составят ядро возрожденной науки. Знаете, может быть это покажется странным, но я не верю во всевластие денег и в то, что человек – это собака Павлова, раб материальных условий. Душа движет историей и человеком. Периодически продажные выродки добиваются успеха – what are you doing for living? – но приходит пожар или потоп, и нам сияет новая радуга... «Богатящиеся отпусти тща...» Поэтому я верю в русских ученых, знаю, что они вернутся.

У нашего движения есть программа по спасению Отечества. Это предполагает и возрождение науки. Я убежден, что в фундаментальной физике, к примеру – теорию суперструн – есть направления, которые могут изменить ход цивилизации. Они должны быть в евразийских руках. Чтобы остановить\обратить вспять утечку мозгов надо заниматься не только финансированием науки в отдельности – это невозможно, необходимо переломить настроения в обществе в сторону Отечества. Именно это мы и делаем. И я абсолютно убежден – добьемся на этом пути успеха.



English Italiano Deutche
Сделать стартовой страницей Почта На главную страницу
Тезисы Евразии

«Неоевразийство заложило основы современной российской геополитики, приобрело мощный кадровый потенциал сторонников во властных структурах и силовых министерствах и ведомствах (основывающих на евразийской геополитике серьезные оперативные международные, военные и экономические проекты).
Неоевразийство повлияло на современную отечественную политологию, социологию, философию».

А. Г. Дугин


Спецпроекты
Геополитика террора >>
Исламская угроза или угроза Исламу? >>
Литературный комитет >>
Сайты региональных отделений «Евразии»
Санкт-Петербург >>
Приморье >>
Якутия >>
Чувашия >>
Нижний Новгород >>
Алтайский край >>
Волгоград >>
Информационная рассылка
ОПОД «Евразия»

Реклама




 ::  Новости  ::  Документы  ::  Теория  ::  Публикации  ::  Пресс-центр  ::  F.A.Q  ::