::  Новости  ::  Документы  ::  Теория  ::  Публикации  ::  Пресс-центр  ::  F.A.Q  :: 
Партия «Евразия»
Международное Евразийское Движение
Rambler's Top100
Пресс-центр
Коммюнике >>
Персоналии
Александр Дугин >>
Талгат Таджуддин >>
Поиск
Ссылки

Геополитика

Арктогея

Портал Евразия


Вторжение

Андрей Езеров

Творчество Натальи Макеевой

Мистерия бесконечности





Rambler's Top100

..

Интервью Александра Дугина армянскому интернет-проекту ArCNews

ArCNews :: http://www.artsakhworld.com

– Любое серьезное строительство требует определения духовного базиса, на основе которого возводится все здание общественного, политического движения.

Идея возрождения духовного пространства восточного христианства требует осознания пройденного пути и определения путей и форм восстановления традиции, что достаточно трудная задача, учитывая секуляризованность как духовенства, так и общества в целом.

Каким образом мог бы быть использован опыт древневосточных церквей, в частности Армянской Апостольской Церкви, в возрождении духовного пространства восточного христианства?

– Я полагаю, что очень важно поднять тему самого Восточного Христианства, как некой близкой цивилизационной реальности. Догматические расхождения между Православием и Армянской Церковью неснимаемы. Я изучал эту тему и полагаю, что попытки догматического диалога ни к чему не приведут. Важно другое: подчеркнуть близость метафизического стиля, единство духовного созерцательного опыта. В этом смысле следует обратить особое внимание и на нехристианский контекст – особенно на особость и уникальность иранской духовности – в частности, на шиизм. Особый стиль восточной созерцательной метафизики затронул и Восточное Христианство, и, естественно, иные формы духовной традиции.

В высшей степени важны конференции, симпозиумы, публикации на этот счет, диалог духовных культур. Нам в высшей степени важно провести сейчас геополитическую и метаифизическую грань не между религиями, а между восточным и западным типов духовного опыта. Есть Восточное Христианство – подлинное и глубинное, и есть его искажение в западных версиях – католичество, протестантизм. Восточному Христианству, с осью в Православии, но куда относится по своему типу и монофизитская армянская Церковь, гораздо ближе созерцательный шиизм, чем «действенная» и «обмирщевленная» западная церковь.

Это очень важно осознать: только при такой постановке вопроса мы придем к адеватным результатам, а кроме того – сформулируем подход, который позволит избежать межконфессиональных катастроф в Евразии, и конкретно на Кавказе.

– Постановка задачи возрождения единого евразийского пространства требует постановки и решения задачи восстановления и укрепления во многом утерянных или искаженных связей между традиционными исламом и восточным христианством.

Каким образом мог бы быть использован духовный потенциал и исторический опыт армянства, в частности Арцаха (Нагорного Карабаха), в инициировании подобного рода процессов, учитывая имеющийся исторический опыт сосуществования арцахского армянства в рамках как иранской, так и российской цивилизаций?

– Этот вопрос продолжает предыдущий. Армяне жили долгие тысячелетия в ключевой территории Кавказа. Ось мира – священная гора Арарат – находится на территории исторической Армении. Следовательно, сама геогарфия и история делают армян полюсом евразийского синтеза. Армяне – индоевропейский народ, древнейшей культуры, традиционно соседствующий с основноыми цивилизациями Евразии. Логично было бы в роли инициатора евразийской интеграции выступать именно армянам.

Что касается конкретно Арцаха, то это заповедный край самой Армении, источник духовного и воинственного начала всего народа. Это как бы святая святых армянства... От этого роль Арцаха выходит за уровень простой политики, становится метафизическим понятием. Если для российской цивилизации Нагорный Карабах особого метафизического значения не представлял, являясь лишь стратегическим форпостом, с помощью которого открывается перспектива масштабного контроля надо всем Кавказом, то для иранской цивилизации – это действительно «сакральное место», «духовный север».

Я полагаю при этом, что армяне Арцаха должны осознать универсальность этой территории. Моноэтнические консктрукции, претендующие на статус государственности не имеют ни солидной истории, ни будущего. Надо понять, что этнос связан с землей не политически. И логичнее всего было бы рассмотреть Нагорный Карабах как особый «евразийский регион» и плацдарм для реализации концепции «евразийского федерализма», где этнос признается политическим субъектом, а территории находятся в распоряжении субъекта геополитического. В таком случае земля Арцаха может стать подлинно евразийским полюсом.

Далее: я полагаю, что в решении этого вопроса нельзя «скатомизировать» («не замечать») азербайджанскую сторону. Какой бы ни была историческая канва присутствия тюрок на Кавказе, это этнический и расовый факт, не подлежащий пересмотру. И задача евразийства состоит в том, чтобы наметить Азербайджану позитивный геополитческий сценарий в региональном мастшабе, а следовательно, найти новое на сей раз евразийское решение армяно-азербайджанских отношений.

Было бы заблуждением считать, что конфликт в Нагорном Карабахе полностью завершен, и статус кво продлится вечно. Вопрос отложен, но не снят. Для того, чтобы заложить здесь основательную базу, следует предпринять еще много усилий. А они затрагивают интересы геополитческие (Россия-Евразия и атлантистские страны – США, Запад) и регионльные реальности (Россия, Иран, Турция, сами Армения и Азербайджан + силы радикального ислама) и все эти факторы воздействуют на карабахскую ситуацию самым прямым образом. Без геополитики этот узел не разрешить. И еще раз подчеркну: Азербайджану в этом вопросе следует предложить созидательный позитивный сценарий.

– Готова ли Россия к появлению США и стран антлантического союза на Южном Кавказе, в частности фактически состоявшемуся прорыву в Грузию и Азербайджан?

– Россия сейчас дезориентирвоана и ослаблена. В руководстве продолжает сохраняться занчительынй процент атлантистов. Поэтому стратегические потери на Кавказе, которые проджолжает нести Россия еще до конца не осознаются Москвой, евразийская геополитика и ее приоритеты, увы, пока еще как в тумане. Идет война континентов и Россия-Евразия продолжает терпеть в ней поражение. С этим связаны и упомянтые вами процессы. Нам остается только настаивать на своем. Рано или поздно пелена падет с глаз, и мы вернемся к своим геополитическим приоритетам. Сегодня, увы, не лучший период...

– Каким может быть ответ России на достаточно реальные перспективы появления и утверждения в регионе военных баз США на фоне сворачивания российских военных баз?

– Это связано с ответом на предыдущий вопрос. После некоторого периода нормализации после 11 сентября 2001 года руководство России снова утратило геополитческую адекватность. Даже импульсиный Ельцин реагировал в такой ситуации более жестко.

– В состоянии ли в настоящее время Россия осуществлять целенаправленную политику, направленную на восстановление своего влияние на Южном Кавказе или данный круг проблем воспринимается актуальной элитой как задачи второго плана и отдаленной перспективы?

– Не в состоянии, так как для этого необходимым условием является наличие ясной геополитической картины мира в российском руководстве, и стальная воля к реализации российских интересов. Речь идет о том, что в современных условиях влияние России в кавказском регионе напрямую сопряжено с международной политикой России в машстабах континента. Просто «усиливать присутствие» Россия не способна, и никто (т.е. Запад) ей этого не позволит. Поэтому ситуация решается только путем сложной геополической игры, затрагивающей интересы Ирана, Турции, отчасти Европы.

Если позиционировать Россию как региональную державу ни о какой кавказской политике и речи быть не может. Актуальная элита России вообще слабо представляет себе идентичность России и соответственно ее стратегические интересы. Ситуация в этом вопросе катастфроическая.

– Насколько может быть оправдана и целесообразна политика усиления Нагорного Карабаха, направленная на превращение Арцаха в самостоятельный военно-политический фактор в регионе Южного Кавказа?

– Надо предварительно определить геополитическую роль, стратегический характер Арцаха в общем контексте еворазийской геополитики. И лишь потом следует рассматривать вопрос о выделении этого пространства в особый регион или, напротив, способствовать его максимальной интеграции в иные боле широкие контексты.

Превращение Карабаха в самостоятельный военно-политический фактор предполагает определение ключевых игроков – любой военно-политический фактор работает на кого-то и против кого-то. А именно определение геополитических союзников и геопоитческих портивников и составляет сегодня основную проблему российской политики.

Общество снова как при Горбачеве и Ельцине разделено на сторонников евразитйства и атлантизма. К сожалению после 11 сентября 2001 года хрупкий консенсус «путинского большинства», основанный на общем согласии относительно укрепления российской государственности, стал распадаться на глазах... Снова в политике соседствуют прямо противополоджные точки зрения относительно самых фундаментальных вопросов о геополитической идентияфикации России. Пока ситуация не изменится, геополитическая воля Москвы будет парализована.

– Каким образом можно было бы инициировать жизненно важный процесс подготовки подрастающего поколения будущих политиков, аналитиков и пр. Арцаха в рамках российской системы подготовки кадров?

– Росийская система подготовки кадров сегодня не только несовершенна, но хаотична и случайна. Надо говорить о самостоятельной и фундаментальной системе подготовки евразийских кадров. Сегодня необходимо всем иузчать только одну дисциплину –– ГЕОПОЛИТИКУ. Ее необходимо сделать главной и основной профессией для адекватного воспитания элит,– элит Карабаха, Армении, Азербайджана, России, Казахстана и т.д., элит Евразии. Все остальные предметы – экономика, география, история, политология должны вытекать из геополитических принципов и служить лишь иллюстрацией. Тогда элиты смогут действовать адекватно.

Все это еще только предстоит осуществить. И расчитывать надо на инициативу самых различных и разноуровневых социальных слоев. Мы должны не надеяться на власть и не ждать от нее просветления, но активно влиять на власть, воспитывать власть, призывать к отвественности, помогать становиться истинной и суверенной властью, а не сбродом хищных и безответственных арривистов.

– Также хотелось бы услышать ваше мнение о прорыве США и НАТО в Среднюю Азию и все чаще появляющейся в прессе точки зрения на Среднюю Азию как регион, входящийся в сферу влияния США и Китая. Каким должен быть ответ России на появление и утверждение в регионе военных баз США?

– Это все связано с предыдущим. Ситуация с началом афганской эпопеи катастрофична для российской геополитики. По этому поводу наше движение ОПОД «Евразия» выпустило серию комюнике, где эта ситуация освещается подробно. Ответ должен быть резким и отрицательным, но для этого надо в начале освоить геополитические константы. Оказывается в с этим в российском руководстве дело обстоит намного хуже, чем предполагалось, судя по первым шагам Президента Путина, которые были выстроены в целом в весьма евразийском ключе.



English Italiano Deutche
Сделать стартовой страницей Почта На главную страницу
Тезисы Евразии

«Если основой компьютерного языка является двоичный код «1 – 0», то геополитическая система оперирует с иной парой: евразийство – атланитизм, суша – море, континент – остров».

А. Г. Дугин


Спецпроекты
Геополитика террора >>
Исламская угроза или угроза Исламу? >>
Литературный комитет >>
Сайты региональных отделений «Евразии»
Санкт-Петербург >>
Приморье >>
Якутия >>
Чувашия >>
Нижний Новгород >>
Алтайский край >>
Волгоград >>
Информационная рассылка
ОПОД «Евразия»

Реклама

Error: Can't open cache file!
Error: Can't write cache!

Error: Can't open cache file!
Error: Can't write cache!

Error: Can't open cache file!
Error: Can't write cache!

 ::  Новости  ::  Документы  ::  Теория  ::  Публикации  ::  Пресс-центр  ::  F.A.Q  ::