::  Новости  ::  Документы  ::  Теория  ::  Публикации  ::  Пресс-центр  ::  F.A.Q  :: 
Партия «Евразия»
Международное Евразийское Движение
Rambler's Top100
Пресс-центр
Коммюнике >>
Персоналии
Александр Дугин >>
Талгат Таджуддин >>
Поиск
Ссылки

Геополитика

Арктогея

Портал Евразия


Вторжение

Андрей Езеров

Творчество Натальи Макеевой

Мистерия бесконечности





Rambler's Top100

..

Глобальная экономика: сущность, механизмы, перспективы

Отчёт о международной научной конференции (подробные тезисы выступлений)

Москва, 17-18 апреля, 2002 г.

Организаторы:

Московский Государственный Университет им. М.В. Ломоносова
Центр общественных наук
Экономический факультет
Институт переподготовки и повышения квалификации
преподавателей социальных и гуманитарных наук

Академия гуманитарных наук

Философско-экономическое учёное собрание

Конференцию открыл Осипов Юрий Михайлович, вице-президент Академии Гуманитарных наук (АГН), действительный член Российской Академии Естественных Наук (РАЕН), д.э.н., профессор, директор Центра общественных наук при МГУ, заведующий лабораторией философии хозяйства (экономический факультет МГУ), в.н.с. Центра общественных наук при МГУ, вступительным докладом «Глобальная экономика: не миф, а реальность, хотя и трансцендентная», в котором был рассмотрен прежде всего культурно-исторический и социальный аспект глобализации.

Затем слово получил Глазьев Сергей Юрьевич, член-корреспондент РАН, д.э.н., профессор, депутат Государственной Думы РФ, представляющий экономический аналитику российских левых (НПСР). Он назвал свой доклад «Место России в меняющихся взаимоотношениях центра и периферии мировой экономики».

Глазьев заметил, что в зависимости от экономической политики, положение России в мировой экономике может быть разным. Актуальная экономическая политика в России, по его мнению, привела к тому, что наличествуют все признаки надвигающейся депрессии: ровно половина производственных мощностей не работает, в январе с.г. инвестиции уменьшились на 7%, слабо задействован научный потенциал, безработица достигла 6,5 миллионов человек.

Перед Россией стоит две альтернативы – либо, опираясь на внутренние ресурсы и возможности, создавать благоприятную среду экономического развития, вести политику активных инвестиций на базе внутренних возможностей, используя «банки развития», «бюджет развития», защищая своих товаропроизводителей, либо – альтернативный путь, который сегодня всё больше рекомендуется руководству страны – двинуться ещё дальше по пути открытости экономики, отказаться от мер по защите национальной безопасности в экономической сфере, рассчитывая на приход иностранных инвесторов, которые и должны всё сделать для национального подъёма.

Глазьев отметил, что правительство, скорее всего, будет вынуждено идти по второму пути, и в послании президента (18 апреля) будет реализован именно такой выбор. Он подчеркнул, что этот выбор носит целиком идеологический характер и экономико-культурные интерпретации открытости западной конкуренции навязаны российскому правительству западными коллегами.

Говоря о «глобальном» экономическом пространстве, Глазьев высказал взгляд, что оно является неоднородным экономическим пространством и имеет отчётливую структуру из Центра (или Ядра) и Периферии.

Центр глобализации – США, Европа, Япония – в сложившейся ситуации обладают монополией на новые знания и новые технологии и поэтому обладают возможностью снимать «интеллектуальную ренту» в экономическом обмене с периферией. Там же сосредоточена денежная монополия – центр эмитирует мировую валюту, что позволяет ему снимать ещё и эмиссионную ренту, поскольку валюты стран Центра используются как международные валюты (так называемый «валютный сеньораж»). Наконец, Центр осуществляет культурно-идеологическую гегемонию, навязывает всему остальному миру модели развития, интерпретации происходящих явлений, формируя необходимую ему культурную матрицу.

60% американских долларов эмитируется для заграницы. Весь мир вынужден оплачивать эмиссионный доход Федеральной Резервной Системе США, который частично улавливается американским казначейством, частично – крупнейшими американскими коммерческими банками.

Аналогичной деятельностью занимается японский ЦБ в Юго-восточной Азии, правда в меньших размерах. Если за пользование американской валютой нужно платить 4-5% годовых (всех долларовых резервов страны), а для некоторых стран Периферии – до 15%, японская валюта эмитируется на более благоприятных условиях – под 1-2% годовых – и этот эмиссионный доход улавливается в основном японскими банками, которые работают посредниками, проводя эмиссию иены через себя и кредитуя Юго-Восточную Азию и некоторые другие страны. Эта ситуация принципиально неравновесна, с тех пор как доллар потерял в 71 году золотое обеспечение, эмиссия мировой валюты идёт по принципу финансовой пирамиды. Ныне долларовая масса обеспечена не более чем на 4-5%.

Развивающиеся страны побуждаются к тому, чтобы брать взаймы. Они берут деньги под 7-15 % годовых, а при среднем темпе роста периферийных стран в 2-3%, они оказываются в долговой ловушке, не в состоянии выплатить эти долги. Им нужно снова брать новые кредиты, таким образом постоянно генерируется спрос на доллар.

Однако, как и любая финансовая пирамида, эта система принципиально неустойчива. Но достаточно активному игроку в современном мировом хозяйстве отойти от доллара и пойдёт лавина обвала. Такая угроза исходит сейчас из Европейского Союза в связи с появлением евро (в частности, с попытками уговорить нас перейти на торговлю с ними не в долларах, а в евро), из Азии в связи с планами стран АТР сформировать свой валютный фонд для региона без доллара, уйти от доллара во внутренних расчётов этого региона. События 11 сентября показали, что американцы не остановятся перед применением рычагов военно-политического характера для поддержания американоцентричной финансовой системы мира. Теперь эти инициативы и не вспоминаются, можно сказать, что на ближайшие несколько лет устойчивость долларовой системы гарантирована.

Существует неэквивалентность в товарном обмене – до 90% стоимости экспортируемых странами Ядра товаров представляет т.н. «интеллектуальную ренту», в то время как «природная рента», которую закладывают в свой сырьевой экспорт страны Периферии, существенно меньше. Переоценённость доллара, мировой резервной валюты как эквивалента экспорта стран Периферии вынуждает их занижать себестоимость своего труда, чтобы достичь баланса в международном обмене.

Вообще, в странах Периферии и странах Ядра подходы к системе денежного обращения противоположны. В странах Ядра можно печатать деньги в зависимости от спроса (как внутреннего, так и внешнего), странам же Периферии навязывается модель «валютного комитета», когда эмиссия национальной валюты определяется не внутренним спросом на неё, а объёмом иновалютных резервов. По сути национальные валюты периферийных стран являются зеркальным отражением мировых валют, страны Периферии привязывают свои валюты к резервам иностранных валют, тогда как страны Ядра обслуживают внутреннее потребление.

Сейчас у нас объём национальной валюты при текущем курсе меньше, чем объём иновалютных резервов, т.е. российский рубль обеспечен иностранной валютой более, чем на 100%, наша денежная масса валютным курсом «сжата» до уровня, меньшего, чем валютные резервы. Рубль стал суррогатом доллара, поскольку ЦБ отказался от своей монополии обслуживания денежного предложения в соответствии с внутренним спросом. Вследствие этого мы потеряли возможность получать эмиссионный доход. И потеряли возможность регулировать национальный кредит.

Никто нас особенно к этому не принуждал, всё было сделано добровольно, Россия включилась в эту систему обмена по рекомендации МВФ и, как и остальные страны Периферии, стала донором для стран Ядра, оплачивая возможность увеличивать запасы реально не обеспеченной иностранной валюты такой реальной ценностью как человеческий ресурс (утечка умов). Этот ущерб отнюдь не меньше, чем от вывоза капитала. Если в результате утечки капитала Россия потеряла порядка 150 млрд. долл., то по утечке умов ущерб не поддаётся по всей видимости учёту.

Де факто Россия лишила себя суверенитета в области рычагов развития, попав в классические ловушки развивающихся стран: долговую, валютную, сырьевую.

В таком состоянии российская экономика обречена, потому что её банки отключены от механизма рефинансирования, тогда как американские и японские банки получают рефинансирование в неограниченных размерах, кредитная система не работает, возникает искусственный дефицит денег. Обрабатывающая промышленность, которой необходимо кредитное финансирование, обречена на вымирание.

Вырваться из этой ситуации можно пока в России сохраняется экономический потенциал. Прорыв периферийных стран в Ядро возможен только если будет проводится искусственная нацеленная на это политика, естественным образом этого не получится. Секрет любого «экономического чуда» – в глубоком понимании глобальной экономической политики.

В этой связи теория длинных волн Кондратьева является хорошей иллюстрацией неравномерности экономического развития, зависимости от технического развития. У России есть заделы мирового уровня для перехода на новейший технический уклад. Это биотехнологии, телекоммуникации, ракетно-космический комплекс.

Но прежде всего необходимо восстановить функцию национального кредита, не работающую в условиях привязки рубля к доллару.

Для этого необходимы:

  • валютный контроль;

  • максимальное использование рублей экономике и межстрановых расчётах;

  • приоритет КДП, направленной на снижение ставок;

  • запрет перевода денежных ресурсов в турбулентный режим спекуляций.

Как инструмент роста может выступать и бюджетная политика

Можно добиться увеличения доходной части бюджета за счёт возврата государству природной ренты (присвоенной олигархами). Сокращения расходов в долгосрочной перспективе необходимо добиться за счёт сокращения бремени долговых платежей. Для этого надо немедленно сократить заимствования, заставить западных кредиторов идти на реструктуризацию долгов (невозможно платить с процентами по долгам за средства, которые фактически напечатаны «просто так»), использовать схему долги в обмен на инвестиции.

Сейчас в экономическом руководстве страны превалирует другая точка зрения, о сворачивании расходов, привлечении иностранных капиталов возможностью получать в России сверхприбыли. Это чревато явлением, которое получило название «циклы асфальтирования». Сначала появляется иллюзия притока инвестиций, затем капитал внезапно уходит. После таких циклов асфальтирования в стране не остаётся ничего своего. Рост экономики становится зависимым от входа-выхода иностранного капитала.

По поводу экспортно-сырьевой политики России докладчик отметил, что внешний бум скрывает стагнацию, крах национального производства. Скоро издержки добычи нефти должны возрасти, а нынешняя экономическая модель не содержит внутренних механизмов развития. Она выгодна прежде всего олигархам и транснациональному капиталу.

По сведениям докладчика, правительство неспроста засекретило переговоры с ВТО – иностранцы рвутся к механизму формирования прав собственности. Если Россию затащат в т.н. соглашение по субсидиям и компенсационным мерам, кредитование обрабатывающей промышленности станет окончательно невозможным.

Объём вывоза капитала из России, по сведениям докладчика, достигает 20-30 млрд. долл. в год. И хотя стратегия реализации внутренних источников экономического развития есть, политическая конъюнктура сейчас не в пользу интересов страны.

Резюме – сам принцип привязки национальной валюты к какому бы то ни было внешнему фактору или активу опасен. Развитые страны в мирное время свою национальную валюту ни к чему не привязывают. Для расширения монетизации экономики необходим рост спроса на рубли + валютный контроль.

Затем Коллонтай Владимир Михайлович, д.э.н., профессор, в.н.с. (Институт мировой экономики и международных отношений – ИМЭМО – РАН) выдвинул в своём докладе «Глобализация и национально-хозяйственный комплекс» следующие тезисы:

  1. Глобальная экономика не есть неминуемое явление, лучшим термином было бы «мировое хозяйство»

  2. Единственное реальное достижение процессов глобализации на данный момент – это синхронизация кризисов.

После него слово взял Юрий Владимирович Яковец, академик-секретарь Отделения исследований циклов и прогнозирования РАЕН, д.э.н., профессор, РАГС при президенте РФ, вице-президент Международного фонда Н.Д, Кондратьева, президент международного института П. Сорокина – Н. Кондратьева, для доклада на тему «Глобализация и научно-технический переворот: судьба России».

Яковец подчеркнул, что мы переживаем прежде всего смену технологического уклада производства. Но впервые такой переворот происходит в условиях глобализации. До сих пор центром принятия решений были национальные хозяйства, сейчас же он тяготеет к наднациональному уровню.

Глобализация даёт новый толчок поляризации расслоения населения Земли, подобный промышленной революции на заре Нового Времени. Над макроэкономикой появляется метаэкономика, она же глобальная экономика. Все процессы становятся настолько сильно наукоёмкими, что можно говорить о сдвиге лидерства к общественным наукам, влияющим на экономику. Это плохо осознано на даже Западе. Россия в действительно в неблагоприятных условиях, поскольку производственный потенциал изношен, нет государственной политики его восполнения. Однако у нас есть возможные точки роста, благодаря которым мы сможем осуществить технологический прорыв.

Дятлов Сергей Алексеевич, д.э.н., профессор (Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов) озаглавил свой доклад «Функции электронного правительства в глобальной экономике».

Дятлов отметил, что сегодня ставится вопрос не просто об управлении общественным сознанием, но об информационных процессах в экономике. По его мнению, России следует брать пример с США в вопросах протекционизма для собственного производства и использованию для этого наукоёмких технологий.

Защита национальной безопасности в электронной сфере тоже относится к одной из экономических функций правительства. Необходимо срочно организовать соответствующий департамент в российском правительстве. Сейчас российская экономика может быть парализована по одной команде из-за рубежа, как это случилось с компьютерами в Ираке во время операции «Буря в пустыне» в 1991 г.

Говоря о глобальной финансовой системе, докладчик заметил, что тот, кто занимается эмиссией международной валюты, тот имеет доход с информационной прежде всего природой. В информационной экономике эффекты мультипликации могут быть не только линейными, как их описал Кейнс, но и косвенными.

Если наш народ вернётся к корням, которые его питают, и присовокупит к этому современные технологии, мы сможем осуществить прорывное развитие в 21 веке.

Движение «Евразия» было представлено на конференции сразу двумя докладчиками. Вначале слово взял Дугин Александр Гельевич, к.ф.н., председатель общероссийского политического общественного движения «Евразия», советник председателя Государственной Думы РФ.

В докладе, озаглавленном «Глобализация: планетарная или региональная ("глобализация больших пространств")», Дугиным были выдвинуты следующие тезисы:

1. Феномен экономической глобализации имеет длительную историю. Он отражает универсализацию рационализма, коль скоро капитализм есть матерализация автономизированного рассудка. (О равенстве капитала и рассудка, об экономике как проявлении ментальных и культурных кодов – см. Ж.Бодрийяр, М.Вебер, В.Зомбарт и т.д.).

2. Отступление о различных типах рациональности, свойственным разным культурам. Каждый из этих типов предлагает разные количественные и качественные пропорции соотношения собственно рационального и иррационального, интуитивного, сакрального. Запад шел упорно по пути очищения рациональности от иррациональности (фрейдисты называют это «вытеснением», отсюда невротичность западной культуры). С самого начала Нового времени это стало главным вектором научной программы. Либеральная экономика есть материальное воплощение именно этого типа рациональности, т.е. очищенной рациональности, абсолютизированной рациональности, которая освободилась от «сакрального» (т.е. логики «символического обмена» по М.Моссу). Были разные попытки глобализовать типы рациональности, все они были лишь относительно удачными – в рамках определенного культурного ареала, способного ассимилировать этот тип рациональности –- Римская, греческая ойкумены, империя Чингизхана и т.д.. Реальной глобальной глобализацией может быть только экономическая глобализация и основанная на коде «абсолютной рациональности». Т.е. то, что паттерном данного процесса является Запад, не случайность, но логическая закономерность. Иначе и быть не могло.

3. Глобализация сегодня имеет два варианта: экономическая гомогенизация "больших пространств" (как подготовительный этап к планетарной глобализации) и собственно "экономический глобализм", «глобальная глобализация».

4. Экономическая глобализация «больших пространств оставляет» возможность для дифференцированного развития этого процесса с учетом хозяйственной, исторической, ландшафтной и геополитической специфики данного "большого пространства". Такая "региональная глобализация" может дать непредсказуемый результат, так как она вписана в конкретный контекст. Если продолжить мысль о связи автономной рациональности с капитализмом, можно сказать, что "большие пространства" могут обладать различной рациональностью –- предопределенной культурно и геополитически. –- Пример: фундаментальная мутация римского права в византизме, на Руси. В этом случае остается возможность, что "региональная глобализация" станет не предварительным этапом "планетарной глобализации", но совсем иным процессом – не исключено, что конфликтным и диалектическим. Относительно «региональной глобализации» можно сказать, что она допускает корреляцию с дифференцированными типами рациональности.

5. Планетарная глобализация исходит из тотального навязывания единого кода – хозяйственного (и рассудочного). Она заинтересована в том, чтобы "региональная глобализация" проходила по единым правилам. До определенного момента «региональная глобализация» может рассматриваться как прелюдия к «глобальной глобализации».

6. Так обстояло дело до конца "холодной войны", когда США – центр и полюс "планетарной глобализации" и производитель ее кода – способствовали экономическому объединению Европы и развитию Тихоокеанского региона (включая Китай).

7. После конца "холодной войны" пропорции соотношения между "планетарной глобализацией" (глобализмом) и "региональной глобализацией" ("интеграцией больших пространств") изменились. Дифференцированность "больших пространств" (Евросоюза и Тихоокеанского региона) стала создавать определенный диссонанс для "планетарной глобализации". Ключевым пространством здесь является наличие потенциальной "четвертой зоны" –- "евразийского большого пространства".

8. Картина на сегодняшний день такова:

  • американский полюс (центр планетарной глобализации) является носителем кода, в котором тенденции автономизированной рациональности, логика развитие капитализма дошли до своего логического предела. Отсюда "новая экономика", "эвапоризация капитала", "финансизм" (Ю.М.Осипов), "турбокапитализм" (Люттвак) и "реальная доминация капитала" (Маркс из "Набросков" и "Экономико-философских рукописей"). Это и есть код глобализма. Планетарная глобализация это конкретно глобализация "новой экономики".
  • европейский полюс является продуктом развития капитализма предшествующего периода, это идеально отточенный и оптимизированный образец ветеро-экономики, здесь сохраняется баланс "рыночного фундаментала" – в данном случае это "интегрированное большое пространство" может быть рассмотрено и как "прелюдия планетарного глобализма" и как его фазовое отрицание, если эта рейнско-ниппонская модель (М.Альбер) будет укрепляться через оппозицию англосасконской модели – здесь между этими двумя полюсами возможны "структурные прагматические трения"
  • тихокеанский экономический регион аналогичен европейскому (с меньшей степенью интеграции), вероятность оппозиции "планетарному глобализму" здесь подкрепляется серьезными различиями в типе рациональности "традиционные общества"), что может обнаружиться через обострение чисто экономических коллизий.
  • виртуальная четвертая (евразийская) зона – ее потенциальное экономическое объединение может стать главной преградой для "планетарного глобализма". Здесь на лицо глубинное отторжение основного кода глобализма, хозяйственный хаотизм, полная ценностная антитетичность рациональным и методологическим основам "новой экономики". Вместе с тем ресурсный, энергетический, военно-стратегический, политический и геополитический потенциал этой зоны столь значителен, что способен стать решающим аргументом через альянс с соседними "большими пространствами", в том случае, если относительные противоречия между "планетарной глобализацией" и "региональной глобализацией" перейдут некоторый критический порог. Это прекрасно осознают архитекторы глобализма и американские стратеги, представляя "виртальную интегрированную Евразию" как основного потенциального стратегического противника и главного врага США в 21 веке (П.Вольфовиц).

Гельвановский Михаил Иванович, член-корреспондент РАЕН, д.э.н., профессор, директор Национального института развития Отделения экономики РАН озаглавил свой доклад «Глобальная экономика: попытка структуризации проблемы».

Гельвановский подверг сомнению объективность глобализации как процесса. С геостратегической точки зрения, суть глобализации – борьба за ресурсы. Глобалистами к ресурсам выдвигается требования трансфертности, мобильности, экстерриториальности. Глобалисты фактически говорят России: не умеете пользоваться ресурсами, отдайте другим, дают России нормы рациональности.

Имеет место двойной стандарт к странам (неугодная страна может быть подвергнута маргинализации как за её бедность, так и за её богатство ресурсами). Маргинализация за богатство – это случай России. В условиях глобализации имеет место выход национальных элит ряда стран из-под национального контроля. Наконец, происходит отмена социальноустрояющей функции государства, хотя это вторая главнейшая государственная функция после внешней обороны.

Россия находится на пересечении всех этих трёх проблем одновременно.

В завершение Гельвановский отметил, что с социально-культурной точки зрения глобализация России не нужна: Россия и так олицетворяет целый мир – у нас есть свой Запад, свой Восток, свой Юг.

Сироткин Владлен Георгиевич, д.и.н., профессор (Дипломатическая академия МИД РФ), эксперт-консультант Управления делами Президента РФ, профессор Сорбонны, посвяти свой доклад теме «Глобальная экономика и крах доллара».

Глобализация имеет своей исторической основой Бреттон-Вудсские соглашения. В Бреттон-Вудсе были приняты решения о начале глобализационного процесса и созданы все органы глобализации – ВТО, МВФ, ВБ.

План Маршалла для Европы, был не только планом её восстановления, но и планом её «подсадки» на долларовую иглу. Европейцам едва удалось соскочить с этой долларовой иглы с началом проекта евро.

Допустив банальную долларизацию, как в странах третьего мира, Россия провалила испытание на валютную полноценность вчистую. В других бывших советских республиках американцы добились подсадки на долларовую иглу, долларизации за обещание поддержать их независимость.

Иностранная валюта, которая сейчас обращается на территории России, была напечатана специально для нас. Согласно социологическим исследованиям Академии госслужбы, долларовая масса сейчас в три раза превышает рублёвую массу. Нынешнее правительство контролирует лишь треть реального денежного оборота.

Россию спасает то, что вышеописанное происходит в столицах. Глубинная, коренная Россия – это панцирь, который пока держит каркас нашей страны. Она нас всегда спасала, она нас спасёт и на этот раз.

С ростом роли доллара возросли и риски его крушения уже образовались зоны долларового вакуума, где доллар не нужен – прежде всего Европа. Ведь это явно искусственная ситуация, когда курсовые соотношения таковы, что, например, один оплачиваемый американцами аэродром в Киргизии даёт её годовой бюджет.

Риск падения доллара существенен, так что разумный человек сейчас будет вкладываться в собственность, а не в валюты.

Затем слово получил второй докладчик от движения «Евразия», предприниматель Юрьев Михаил Зиновьевич. Его доклад назывался «Глобализм: реальные плюсы и минусы для экономики России».

Юрьев сделал попытку дать новое определение глобализации: «глобализация – это когда внешняя торговля перестаёт отличаться от внутренней». Именно внешняя торговля доводится в условиях глобализации до крайности.

В благостно-гипотетическом случае в условиях глобализации у каждой страны должно быть нулевой сальдо. Постоянно положительного сальдо можно добиваться только благодаря сугубо политическим факторам – это плата развитых стран своим сателлитам. Плата, в виде выручек в национальных валютах развитых стран, специально эмитируемых ими для обращения в остальном мире, однако ценность которых поддерживается в глазах сателлитов лидерским военно-политическим статусом стран-эмитентов.

Внешняя торговля на самом деле особенно не нужна, если исходить из соображений сохранения национального суверенитета. Глобализм выгоден тому, кто хочет сохранить актуальный статус кво навечно. В условиях свободного перетока капитала (одного из условий глобализации), «догнать» одной стране другую невозможно.

По мнению докладчика, вопрос не в том, существует ли глобализация как некое новое явление. Вопрос в том, что есть альтернатива разрастанию внешней торговли в ущерб внутреннему развитию.

В этой связи, рыночной экономике нужно сказать «да», но железный занавес, который был при Советском Союзе следует заменить отнюдь не тюлевой занавеской, но каменной, крепостной стеной.

Гринберг Руслан Семёнович, д.э.н., профессор, зам. Директора Института международных экономических и политических исследований РАН, член экспертной комиссии Министерства экономического развития и торговли РФ, консультант Горбачёв-фонда, посвятил своё выступление теме «Постсоциалистические страны в условиях глобализации мировой экономики».

Гринберг начал своё выступление с заявления, что говорить о том, что судьба доллара предрешена – это выдавать желаемое для многих сейчас в мире за действительное. Существуют серьёзные предохранительные механизмы мировой долларовой системы. Для поддержания своей реальной экономики американцами используются абсолютно любые средства и они эффективны как никогда.

Поддержав тезис предыдущего докладчика о желательности экономического изоляционизма, Гринберг отметил, что в условиях глобализации страны становятся объектами, а отнюдь не субъектами.

Что касается российской элиты, именно она в большей, чем любые другие национальные элиты мира, степени решила воплотить на практике тезис о всепобеждающем «экономическом эгоизме».

Тем не менее, у России есть шанс в рамках постсоветского пространства добиться минимальной достаточности предпосылок для взращивания собственных бизнес-мастодонтов – национальных ТНК – на основе частично сохранённого научно-технического потенциала. Отсюда жизненная заинтересованность в блоке со своими соседями.

Планам постсоветской интеграции со стороны соседей России препятствует определённая боязнь потерять свой гарантированный небольшой кэш-флоу от подыгрывания американскому курсу на мировое лидерство.

Бузгалин Александр Владимирович, д.э.н., профессор (кафедра политической экономии, экономический факультет МГУ) заявил, что представляет на конференции антиглобалистское движение.

Свой доклад «Альтернативы глобализации: вызовы для российской экономики» Бузгалин начал со следующей констатации: по своей сути глобализация означает появление наднациональных инстанций (международных организаций в политике и транснациональных корпораций в экономике) для всех национальных государств, кроме одного (США). Глобализацию можно охарактеризовать как ориентацию экономического поведения предприятий на трансграничной основе.

Либеральный тезис состоит в том, что глобализация является столь же объективным процессом, что и замена ручного труда машинами. Однако этот процесс (промышленная революция) шёл разным путём, как капиталистическим, так и социалистическим, значит и глобализация может идти разными путями.

Глобализационная либеральная модель противоречит любой социально-экономической системе, которая имеет национальный характер.

Поскольку существование труда и капитала невозможно отменить даже с точки зрения последовательного либерализма – как финансисты, так и личный/наёмный труд существуют объективно, глобализация может быть рассмотрена через призму отношений этих двух сил. Получается, что в условиях глобализации глобально организованным получается только финансовый капитал, труд же в реальном секторе остаётся замкнутым на национальном уровне, принципиально раздробленным.

Далее Бузгалин задался вопросом, может ли Россия занять в условиях глобализации принципиально иное место, нежели то, что ей, согласно логике такого процесса, уготовано?

Отвечая себе на этот вопрос, докладчик отметил, что в России реализуется негативный способ конвергенции с развитыми странами худшие стороны капитализма (финансизм и монополизм вместо предприимчивости) + худшие стороны социализма (разрастание продажного чиновничества вместо государственной стратегии общего развития и обеспечения социальных защиты и равновесия). Однако в мире постиндустриальных технологий возможно возникновение новых закономерностей, которые вновь превратят Россию в сверхдержаву. Электрификация России в начале 20 века была тем, чем станет интернет в российской деревне в 21веке.

За антиглобализмом стоят миллионы людей, после кончины социалистического интернационализма это первое движение в котором на равных сотрудничают люди разных стран, национальностей и культур. И это пока единственное массовое движение, которое выступает за альтернативные пути мировой интеграции.

С докладом «Продолжение пространства и времени как атрибут глобальной экономики» выступил Белолипецкий Василий Георгиевич, к.э.н., доцент (кафедра экономики предприятий и основ предпринимательства, экономический факультет МГУ), в.н.с. Центра общественных наук при МГУ.

Белолипецкий начал свой доклад с выражения своего удовлетворения данным предыдущим докладчиком определения глобализации как прежде всего трансграничной логики хозяйственного процесса.

Вообще, глобализм можно анализировать через призму изменения товарных форм. Глобализм имеет чисто отраслевую специализацию, в современных условиях это чаще всего рынки финансового капитала и «новая экономика».

1973 год, год установления системы плавающих курсов – точка отсчёта процесса уничтожения долговременных инвестиций из страны в страну как явления. Если в предыдущие эпохи основой прибыли была рента, то сейчас – добавочная стоимость.

Сейчас, как ни странно, мы держимся из-за отсутствия стандартизации, иначе отечественная промышленность давно была бы разорена стратегическим демпингом западных производителей, которые через свои правительства могут добиться для себя любого удобного режима работы на российском рынке.

По его мнению, противовес глобализации – применение НДС во внешней торговле. Если его ввести, то никакой глобализации не будет. А меры по избежанию т.н. «двойного налогообложения», обеспечивающие приоритет международной торговли над внутренней, выгодны прежде всего экономическим структурам, заинтересованным в экспансии (а они находятся вне России). В международной торговле мир борется за добавочную стоимость, но мы даже в этой борьбе участия не принимаем.

Сам процесс глобализации не может происходить без национальных государств, пусть они марионеточные, но они должны быть. Они наилучшим образом обеспечивают глобализационные процессы, так как «по-свойски» навязывают своим народам то, что вызвало бы возмущение (вроде снятия ограничений по вывозу капиталов), если бы исходило от международных институтов напрямую. Государственные элиты и государства часто «втягиваются» в глобализацию быстрее, чем соответствующие народы.

В сфере кредита между Западом и Россией существует процентный спрэд, который теснейшим образом связан с проблемой валютных курсов. Этот спрэд необходимо уничтожить. Валютный союз России с сопредельными государствами возможен, если банки будут подчиняться национально-государственным органам стран-участниц. В этой связи денежный мультипликатор как фактор макроэкономического влияния у частного бизнеса (частной банковской сферы) необходимо забрать.

Пушков Алексей Константинович, автор и ведущий телевизионной аналитической программы «Постскриптум» (ТВЦ), член президиума Совета по внешней и оборонной политике, член редакционной коллегии журнала «National Interest» (США), озаглавил своё выступление как «Реванш культуры над глобализацией».

Пушков заявил, что в своём докладе коснётся лишь одного из шести основных аспектов глобализации, к коим относятся экономический, финансовый, информационный, военно-стратегический, политический, культурный, а именно последнего.

По мнению, выступающего тезис о том, что экономический аспект вышел на первый план, а политическая открытость уничтожила тоталитаризм является мифом («миф о глобализме»). События 11 сентября в США показали, что остальные пять аспектов глобализационного процесса не только не отменены, но напротив, превалируют. Поэтому докладчик и назвал своё выступление «Реванш культуры над глобализацией».

После 11 сентября на Западе охладели к концепции «мирной» глобализации, когда извлекается т.н. «peace dividend». Миф о глобализме уступил место более сбалансированному подходу, большему вниманию к внеэкономическим аспектам.

Теперь на Западе вновь реанимирован Хантингтон с его футуристическим прогнозом о перманентном конфликте интересов в мире, хотя до последнего времени он был оплёван либеральной интеллектуальной элитой США и глобалистскими элитами других стран.

Теперь западная общественная мысль признаёт, что глобализм не отрицает национально-культурной специфики, и ожидания глобалистов значительно инфлированы.

Сейчас имеет место борьба между двумя концепциями глобализма.

1-ая глобализационная схема –American Commonwealth of nations (Американское содружество наций, по аналогии с британским Содружеством, объединяющим все бывшие колонии Англии).

2-ая глобализационная схема - условно «китайская», так как КНР является наиболее заметным её воплощением.

Китай в глобализации участвует, но отвергает американский путь.

По мнению докладчика, где-то между этими двумя концепциями лавирует сейчас Россия.

После 11 сентября в США взят курс на ускоренную глобализацию по первому варианту. Китай не противодействует глобализационным процессам, но ведёт свою игру, надеясь, что США «надорвутся». Фактически, среди ключевых игроков идёт подковёрная борьба за характер глобализации, за то, какой ей быть.

В России же имеет место явная увлечённость экономико-техническими аспектами. Вопроса, если быть внутри глобализационных процессов, то на каких условиях, в реальности просто не ставится. Когда Греф говорит, что если не будет глобализации, это автоматически означает изоляцию, это, мягко говоря, не соответствует действительности. Соглашаясь с Бушем во всём, мы подыгрываем даже не всей Америке, но наиболее экспансионистской части её элиты, подрывая и американских, и европейских критиков такой политики. России нужно найти более сбалансированный путь в своей стратегии.

Чтобы такая стратегия была выработана, необходимо поломать схему участия олигархических кланов (которая в принципе никуда не делась) в принятии стратегических решений в экономике и политике. Олигархи – это просто крупные бизнесмены и не более того.

Наконец, России нужно обрести сбалансированность не только во внешних, но и во внутренних делах (баланс социального и рыночного аспектов). Без этих предпосылок последовательной политики в соответствии с интересами нации, которую ведут другие страны, не сформировать.

Межуев Вадим Михайлович, д.ф.н., профессор, г.н.с. (Институт философии РАН) посвятил свой доклад теме «Культурологические аспекты глобализации».

По мнению Межуева, все крупные цивилизации современного мира заняты ответом на вопрос, почему пал Рим.

Ответ Запада – потому что поздняя Римская империя отказалась от республиканского строя. Ответ Востока, Византии, а через неё и наш ответ – что от бездуховности.

В чём состоит миссия любой, не только римской империи? Объёдинить людей вопреки тому, что их разъединяет. Западная цивилизация выбрала путь уничтожения различий. Вместо разницы религий – наука, а вместо различных национальных культур – право, юриспруденция, стоящая над всем. Таким образом, современная глобализация есть свойство западной цивилизации, которая в качестве логики своего развития поставила экстенсивное расширение.

Однако и концепция науки, и концепция права пасовали перед теми барьерами, которые были призваны преодолеть – перед национально-религиозными традициями. И тогда было найдено средство, универсальный катализатор, которое пробивало все барьеры и помогло этим концепциям утвердиться. Это были деньги, на которые в итоге и замкнулись сами процессы глобализации.

Наука же превратилась в математическое знание, очищенное от человека. Сциентизация знания достигнута за счёт его дегуманизации. Нормы права пытались поставить над политикой, сочетать её с определённой моралью, но всё же пришли к тривиальной политике силы. Кто силён, тот и прав.

Из сложившейся ситуации невозможно найти выхода, оставаясь в рамках экономического мышления. Значит нужно выйти за эти рамки. В этом смысле важное значение приобретает фактор культуры, который предполагает прежде всего многообразие. Но означает ли это, что нужно отказаться от глобализации?

Отнюдь. Ведь русская идея – это тоже продолжение римской идеи. Русская культура строилась вокруг того, что гражданское общество не выручает от всех бед, нужно еще религиозное, духовное измерение.

Надо придать глобализму духовное измерение, для чего обладать идеологией, т.е. сохранять идеалы. Надо строить капитализм, но не под капиталистическими лозунгами. Это понял Китай.

Наша проблема в том, что мы отказались от идеологии как принципа. Нужно быть за рынок, за деньги, но знать, чему они должны служить – совершенствованию народа, людей, их отношений друг с другом, а не себе самим.

Трагедия на сегодняшний день состоит не в том, что мы глобализируемся, а в том, что под идеей Запада, под «их», а не «нашей» идеей.

Миропольский Дмитрий Юрьевич, д.э.н., профессор, зав. кафедрой общей экономической теории (Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов) выступил с докладом «Россия в центро-периферийном движении национальных экономик».

По мнению Миропольского, в России идея глобализации уже опробована – это идея о побеждающей во всём мире пролетарской революции. Характерно, что американская доктрина глобализации сформулирована в 1993 году, сразу после распада СССР. Это говорит о том, что за ней скрывается тривиальная идея о мировом господстве США.

Далее докладчик усомнился, что в том, что декларируемая Россией концепция многополярного мира найдёт своё воплощение естественным путём, в результате бесконфликтного согласования позиций. Мир всё-таки пытаются сконфигурировать как центро-периферическую структуру.

Ведь если мы принимаем центро-периферическую концепцию и хотим быть в центре, то необходимо иметь полный набор ведущих технологий и иметь своих доноров, которые будут расплачиваться оттоком в Россию своих капиталов за стратегическое покровительство. Так как центр на самом деле один – США – нам необходимо будет опрокинуть Америку и занять её место. Но эта задача России не по силам, так как даже в таких выгодных гипотетических условиях России Америку не опрокинуть. Это можно будет сделать только в союзе с остальным миром, если другие страны будут сильными игроками. Т.о. получается заколдованный круг. Выход из этого заколдованного круга видится в том, что нужно будет опрокидывать не столько Америку, сколько саму центро-периферическую систему мироустройства, строя реальную многополярность.

Иохин Виктор Яковлевич, д.э.н., профессор, зав. кафедрой общей экономической теории (Московский государственный комитет коммерции), в докладе «Процессы глобализации и Россия» высказал мнение, что не следует вся явления жизни сводить к экономическим процессам. Глобализация, по мнению Иохина, всё же есть утопия, поскольку разных народов и разных ценностных систем слишком много. У любой глобальной тенденции тут же возникает национальная специфика. Навязанная система ценностей никогда не получает развития.

Запад предпринимает сейчас попытку осуществить эту утопию грубой силой. Однако однополярный тип глобализации никогда не пройдёт. Китай уже являет собой пример страны, которая глобализацию переживёт.

Докладчик высказал мнение, что России необходимо избрать на международной арене тактику сталкивания крупных игроков, копя силы, наращивая потенциал и готовя собственный подъём. Идея вступления в ВТО крайне опасна, за ней явственно видится замысел «втянуть» Россию в авантюру и её «раздеть», так как страны Запада используют в мировой торговле «двойной стандарт» – проводя у себя протекционистскую политику, вынуждают весь остальной мир свой внешнеторговый режим либерализовывать.

Сомнительность глобализационного процесса проявляется даже в мелочах – до сих пор под разными предлогами не отменена поправка Джексона-Вэника введённая ещё против СССР, до сих пор ограничивающая права российских хозяйствующих субъектов на американском рынке, о какой честной игре тогда можно говорить? Докладчик высказал догадку, что по замыслу стратегов глобализации поправка будет отменена только тогда, когда разорённая либеральным внешнеторговым режимом Россия уже не сможет воспользоваться технологиями, ввоз которых в Россию станет возможным после её отмены.

Лесков Леонид Васильевич, действительный член РАЕН, д.ф.-м.н., профессор, зам. Директора Международного института теоретической и прикладной физики РАЕН в докладе «Глобализация и проблема устойчивого развития» призвал собравшихся обратить внимание и на экологические аспекты глобализационного процесса.

В частности, экологическую проблематику поднял в своем докладе генеральный секретарь ООН Кофи Анан. По расчётам экспертов ООН, биосфера устойчива, если из неё изымается не более 1% природных ресурсов. Если десять лет назад изымалось около 10%, то сейчас изымается свыше 15%.

К 2030 г. ожидается жесточайший кризис перенаселённости. В это время ТНК запустили поистине дьявольский насос финансовой выгодности высасывания ресурсов в страны «золотого миллиарда» из всех остальных стран мира. Эта ситуация характеризуется как неравновесная.

В таких условиях, национальные элиты «остальных стран» формируются в своего рода «наднациональную элиту». Для поддержания такой структуры взаимоотношений флагман глобализации – США – прилагают колоссальные военные, информационные, дипломатические, политические усилия.

Однако поддержание такой структуры в равновесии может оказаться не по плечу даже им. В этой связи Пол Кеннеди не зря говорит о перенапряжении «центра». Докладчик высказал предположение, что так оно и случится, и что «США надорвутся».

Однако даже в гипотетической ситуации, когда развитые страны честно делятся с остальным миром современным ресурсосберегающим технологическим потенциалом (пятый технологический уклад), обвал всё равно должен произойти из-за неограниченного роста потребления как общей экономической стратегии. Т.о. в добавление к экологии материального развития, нужна определённая экология ценностных ориентиров человечества.

Россия должна выдержать мировую конкуренцию, но сделать она это сможет только благодаря сохранению и приумножению е «прорывных» технологий и изменению философии хозяйствования. В таком случае можно будет уйти от ресурсоёмких технологий и вновь стать конкурентоспособными.



English Italiano Deutche
Сделать стартовой страницей Почта На главную страницу
Тезисы Евразии

«Евразийский импульс в самом общем смысле выражается как осознание преемственности современной России предшествующим этапам русской истории, уверенность в существованиии у России своего особого культурного и цивилизационного пути, а также в стремлении расширить и укрепить стратегически зону нашего континентального присутствия».

А. Г. Дугин


Спецпроекты
Геополитика террора >>
Исламская угроза или угроза Исламу? >>
Литературный комитет >>
Сайты региональных отделений «Евразии»
Санкт-Петербург >>
Приморье >>
Якутия >>
Чувашия >>
Нижний Новгород >>
Алтайский край >>
Волгоград >>
Информационная рассылка
ОПОД «Евразия»

Реклама




 ::  Новости  ::  Документы  ::  Теория  ::  Публикации  ::  Пресс-центр  ::  F.A.Q  ::